@Rевматека — выбор таргетной терапии при ревматоидном артрите: структурируем решение
Выбор таргетной терапии при РА осложняется не дефицитом данных, а необходимостью сопоставить разные уровни доказательств: результаты РКИ, данные реальной практики, особенности пациента, региональный маршрут и опыт предшествующей терапии, поэтому прямые сравнительные данные ценны: они помогают перейти от привычки и общего впечатления к проверяемым клиническим аргументам.
Для олокизумаба одной из опорных точек доказательной базы стали данные программы CREDO 2 и публикация в NEJM, где препарат оценивался у пациентов с РА на фоне метотрексата в сравнении с плацебо и активным контролем — адалимумабом.
В исследовании CREDO 2 были достигнуты критерии статистически значимого отличия олокизумаба от плацебо и критерии не меньшей эффективности по сравнению с адалимумабом у пациентов с недостаточным ответом на метотрексат.
В исследовании CREDO 1 у пациентов, получавших олокизумаб, отмечалось статистически значимое улучшение patient-reported outcomes по сравнению с плацебо через 12 недель; динамика сохранялась до 24-й недели наблюдения. Эти данные дополняют оценку суставного счета и индексов активности.
По данным публикации, частота инфекций в группах олокизумаба и адалимумаба была сопоставимой; при интерпретации этих данных необходимо учитывать дизайн и популяцию исследования.
Рандомизированные исследования дают строгую оценку эффективности, но их выборка более строгая, чем в жизни, поэтому важны данные реальной практики. Для олокизумаба опубликованы результаты российских наблюдательных программ: в одной из них оценивались 1576 пациентов , в другой — 1240 пациентов с активным РА. В этих программах описано достижение терапевтических целей при снижении потребности в глюкокортикоидах и НПВП.
. В опубликованных материалах реальной практики также описаны показатели эффективности у части пациентов, получавших олокизумаб без сочетания с БПВП. Это относится к ситуациям, когда применение сБПВП ограничено переносимостью или противопоказаниями; решение о монотерапии остается индивидуальным и требует оценки клинической задачи и безопасности.
Контрольный вопрос для клинической практики: как выбирается механизм терапии при неэффективности БПВП — по профилю течения заболевания или по инерции маршрута?
В исследовании CREDO 2 были достигнуты критерии статистически значимого отличия олокизумаба от плацебо и критерии не меньшей эффективности по сравнению с адалимумабом у пациентов с недостаточным ответом на метотрексат.
В исследовании CREDO 1 у пациентов, получавших олокизумаб, отмечалось статистически значимое улучшение patient-reported outcomes по сравнению с плацебо через 12 недель; динамика сохранялась до 24-й недели наблюдения. Эти данные дополняют оценку суставного счета и индексов активности.
По данным публикации, частота инфекций в группах олокизумаба и адалимумаба была сопоставимой; при интерпретации этих данных необходимо учитывать дизайн и популяцию исследования.
Рандомизированные исследования дают строгую оценку эффективности, но их выборка более строгая, чем в жизни, поэтому важны данные реальной практики. Для олокизумаба опубликованы результаты российских наблюдательных программ: в одной из них оценивались 1576 пациентов , в другой — 1240 пациентов с активным РА. В этих программах описано достижение терапевтических целей при снижении потребности в глюкокортикоидах и НПВП.
. В опубликованных материалах реальной практики также описаны показатели эффективности у части пациентов, получавших олокизумаб без сочетания с БПВП. Это относится к ситуациям, когда применение сБПВП ограничено переносимостью или противопоказаниями; решение о монотерапии остается индивидуальным и требует оценки клинической задачи и безопасности.
Контрольный вопрос для клинической практики: как выбирается механизм терапии при неэффективности БПВП — по профилю течения заболевания или по инерции маршрута?
Что унести после прочтения
Данные прямого сравнения не отменяют клиническое мышление, но помогают структурировать выбор. Если препарат оценивался в сравнении с активным контролем и показал не меньшую эффективность, его можно учитывать среди клинически обоснованных опций в соответствующем профиле пациента.
Источники
- Смолен Дж.С., Дженовезе М.К., Такеучи Т. и соавт. Олокизумаб в сравнении с плацебо или адалимумабом при ревматоидном артрите // Медицинский журнал Новой Англии. 2022. Т. 387, № 8. С. 715–726. Ссылка: https://doi.org/10.1056/NEJMoa2201302 (дата обращения: 21.04.2026).
- Насонов Е.Л., Лисицына Т.А., Зонова Е.В., Кузькина С.М. Влияние олокизумаба на исходы, оцениваемые пациентом с ревматоидным артритом: результаты исследования III фазы CREDO 1 // Научно-практическая ревматология. 2021. Т. 59, № 1. С. 62–69. Ссылка: https://doi.org/10.47360/1995-4484-2021-62-69 (дата обращения: 21.04.2026).
- Файст Э., Дженовезе М.К., Смолен Дж.С. и соавт. Олокизумаб в комбинации с метотрексатом у пациентов с ревматоидным артритом при недостаточном контроле на терапии ингибитором фактора некроза опухоли: эффективность и безопасность рандомизированного контролируемого исследования III фазы // Анналы ревматических заболеваний. 2022. Т. 81, № 12. С. 1661–1668. Ссылка: https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC9664111/ (дата обращения: 21.04.2026). DOI: 10.1136/ard-2022-222630.
- Шестерня П.А., Загребнева А.И., Антипова О.В. и соавт. Применение прямого ингибитора интерлейкина 6 олокизумаба в терапии ревматоидного артрита: данные реальной клинической практики // Современная ревматология. 2025. Т. 19, № 2. С. 39–49. Ссылка: https://doi.org/10.14412/1996-7012-2025-2-39-49 (дата обращения: 21.04.2026).
- Шестерня П.А., Аитова Э.М., Алексеев Е.Н. и соавт. Прямая блокада интерлейкина 6 в реальной клинической практике — путь к рационализации фармакотерапии и контролю ревматоидного артрита // Современная ревматология. 2026. Т. 20, № 1. С. 44–53. Ссылка: https://doi.org/10.14412/1996-7012-2026-1-44-53 (дата обращения: 21.04.2026).
- Материал по монотерапии олокизумабом. Ссылка: https://smr.krasgmu.ru/journal/2608_13._smo_2_2026-86-96.pdf (дата обращения: 21.04.2026).
- Смолен Дж.С., Дженовезе М.К., Такеучи Т. и соавт. Олокизумаб в сравнении с плацебо или адалимумабом при ревматоидном артрите // Медицинский журнал Новой Англии. 2022. Т. 387, № 8. С. 715–726. Ссылка: https://doi.org/10.1056/NEJMoa2201302 (дата обращения: 21.04.2026).
- Насонов Е.Л., Лисицына Т.А., Зонова Е.В., Кузькина С.М. Влияние олокизумаба на исходы, оцениваемые пациентом с ревматоидным артритом: результаты исследования III фазы CREDO 1 // Научно-практическая ревматология. 2021. Т. 59, № 1. С. 62–69. Ссылка: https://doi.org/10.47360/1995-4484-2021-62-69 (дата обращения: 21.04.2026).
- Файст Э., Дженовезе М.К., Смолен Дж.С. и соавт. Олокизумаб в комбинации с метотрексатом у пациентов с ревматоидным артритом при недостаточном контроле на терапии ингибитором фактора некроза опухоли: эффективность и безопасность рандомизированного контролируемого исследования III фазы // Анналы ревматических заболеваний. 2022. Т. 81, № 12. С. 1661–1668. Ссылка: https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC9664111/ (дата обращения: 21.04.2026). DOI: 10.1136/ard-2022-222630.
- Шестерня П.А., Загребнева А.И., Антипова О.В. и соавт. Применение прямого ингибитора интерлейкина 6 олокизумаба в терапии ревматоидного артрита: данные реальной клинической практики // Современная ревматология. 2025. Т. 19, № 2. С. 39–49. Ссылка: https://doi.org/10.14412/1996-7012-2025-2-39-49 (дата обращения: 21.04.2026).
- Шестерня П.А., Аитова Э.М., Алексеев Е.Н. и соавт. Прямая блокада интерлейкина 6 в реальной клинической практике — путь к рационализации фармакотерапии и контролю ревматоидного артрита // Современная ревматология. 2026. Т. 20, № 1. С. 44–53. Ссылка: https://doi.org/10.14412/1996-7012-2026-1-44-53 (дата обращения: 21.04.2026).
- Материал по монотерапии олокизумабом. Ссылка: https://smr.krasgmu.ru/journal/2608_13._smo_2_2026-86-96.pdf (дата обращения: 21.04.2026).